«ВСУ подготовили для России немало сюрпризов». Как будут наступать украинские войска
Британская газета Financial Times пишет, что контрнаступление ВСУ — рискованное занятие и украинская армия может понести большие потери из-за отсутствия поддержки с воздуха.
Британская газета Financial Times пишет, что контрнаступление ВСУ — рискованное занятие и украинская армия может понести большие потери из-за отсутствия поддержки с воздуха. Почему это необязательно будет так, с чем пойдут в наступление украинские войска и чем они могут удивить ВС РФ, разбирался военный обозреватель «Газеты.Ru» Михаил Ходаренок.
Украинские военнослужащие принимают участие в боевых учениях недалеко от линии фронта в районе Харькова, 2023 год. Фото: Vadim Ghirda/AP
Разбор текста FT надо все-таки начать с уточнения того простого факта, что предстоящие и необычайно широко анонсированные действия вооруженных сил Украины контрнаступательной операцией, строго говоря, не являются.
Причина этого довольно проста – Вооруженные силы РФ в предшествующий период (и весьма длительный, заметим) наступательных операций ни на одном из направлений не проводили. Бои местного значения в районе Марьинки, Авдеевки и в Бахмуте (российское название — Артемовск) такими операциями не являются.
А раз ВС РФ наступательных операций не проводили, то и ВСУ контрнаступательную операцию осуществлять, соответственно, не могут. Со стороны украинской армии, таким образом, это будет чистой воды наступательная операция.
Что касается «отсутствия поддержки с воздуха» (все-таки правильнее называть ее «авиационной поддержкой войск»), то завоевание господства в воздухе (и огневого превосходства), причем хотя бы на время и хотя бы в полосе наступления, безусловно, является одним из важнейших условий успешного осуществления наступательных действий. Это хрестоматийные правила, и относить подобные заявления к каким-либо открытиям в сфере применения войск, наверное, не следует.
Как мы знаем, по канонам военного искусства наступательная операция начинается c воздушной кампании или серии массированных ракетно-авиационных ударов. Однако у ВСУ сегодня нет возможностей провести в жизнь подобные мероприятия. Воздушные силы Украины во многом сохранили свою боеспособность, но они по-прежнему малочисленны. Передача ВСУ со стороны некоторых восточноевропейских стран истребителей МиГ-29, безусловно, усилит возможности украинской боевой авиации, но не выведет ее на качественно иной уровень.
Выход руководство ВСУ, надо полагать, видит в массированной атаке в первый день операции, которая должно привести к дезорганизации системы управления войсками и оружием противника, разгрому авиационной и противовоздушной группировок, нанесению поражения сухопутным группировкам, нарушению системы материально-технического обеспечения и разрушению элементов оперативного оборудования на театре военных действий. В первую очередь ударам могут подвергнуться командные пункты, узлы связи и склады с боеприпасами.
Есть все основания полагать, что для осуществления подобных замыслов ВСУ запаслись большим количеством планирующих авиабомб JDAM-ER (Extended Range — увеличенная дальность), бомб малого диаметра наземного запуска (GLSDB) и боеприпасов к боевым машинам М142 HIMARS и М270 MRLS. Не исключено, что для ударов по объектам ВС РФ, дислоцированным в глубоком тылу, Великобритания поставила ВСУ крылатые ракеты воздушного базирования типа Storm Shadow/SCALP. Есть и собственные украинские разработки – оперативно-тактический ракетный комплекс «Гром-2».
Кроме того, к поражению важных объектов на переднем крае подключится дальнобойная украинская артиллерия, получившая много 155-мм управляемых снарядов М982 Excalibur.
Именно всем этим, надо полагать, и будет компенсировано недостаточное количество украинской авиации. То есть на ракетные войска и артиллерию ВСУ будет возложен существенно больший объем огневых задач. Прикрытие украинских войск в ходе наступления от ударов с воздуха будет осуществляться в основном огнем зенитных ракетных подразделений и малокалиберной зенитной артиллерии. По всей видимости, в штабах ВСУ полагают, что удары высокоточным оружием по российским аэродромам существенно снизят активность российской авиации.
Наступательную операцию, как известно, целесообразно начинать тогда, когда противник (в данном случае — ВС РФ) в результате упорной обороны и нанесения по нему контратак понес значительные потери и дезорганизован, его боевые порядки расстроены, ближайшие резервы израсходованы, задержаны или скованы.
Важнейшими условиями осуществления наступательной операции являются скрытность ее подготовки, внезапность нанесения первого удара, надежное огневое поражение противника, а также осуществление мер по защите выдвигающихся и развертывающихся войск от ударов авиации противника.
И не приходится сомневаться, что украинская армия до определенной степени следует и будет следовать подобным правилам. Но опять-таки – это всем известные каноны оперативного искусства — можно сказать, хрестоматия.
В то же время есть основания полагать, что ВСУ с помощью своих наставников (специалистов из ВС США и государств — участников НАТО) подготовили для ВС РФ немало сюрпризов. Что они собой представляют – об этом мы узнаем уже по ходу проведения наступательной операции. Это может быть и массированное применение средств РЭБ, и рои барражирующих боеприпасов, и удары по аэродромам базирования оперативно-тактической авиации российских ВКС, и многое другое.
Что касается остальных аргументов и тезисов, приведенных в материале Financial Times, вроде «сыгранности всего гигантского общевойскового оркестра», «прорыва в тыл врага в одном или нескольких районах и нанесения концентрированного удара по центру тяжести противника», то они представляют собой набор банальностей.
От такого серьезного издания, как FT, в плане анализа готовности украинской армии к проведению наступательной операции можно было бы ожидать большего.
Украинские военнослужащие принимают участие в боевых учениях недалеко от линии фронта в районе Харькова, 2023 год. Фото: Vadim Ghirda/AP
Разбор текста FT надо все-таки начать с уточнения того простого факта, что предстоящие и необычайно широко анонсированные действия вооруженных сил Украины контрнаступательной операцией, строго говоря, не являются.
Причина этого довольно проста – Вооруженные силы РФ в предшествующий период (и весьма длительный, заметим) наступательных операций ни на одном из направлений не проводили. Бои местного значения в районе Марьинки, Авдеевки и в Бахмуте (российское название — Артемовск) такими операциями не являются.
А раз ВС РФ наступательных операций не проводили, то и ВСУ контрнаступательную операцию осуществлять, соответственно, не могут. Со стороны украинской армии, таким образом, это будет чистой воды наступательная операция.
Что касается «отсутствия поддержки с воздуха» (все-таки правильнее называть ее «авиационной поддержкой войск»), то завоевание господства в воздухе (и огневого превосходства), причем хотя бы на время и хотя бы в полосе наступления, безусловно, является одним из важнейших условий успешного осуществления наступательных действий. Это хрестоматийные правила, и относить подобные заявления к каким-либо открытиям в сфере применения войск, наверное, не следует.
Как мы знаем, по канонам военного искусства наступательная операция начинается c воздушной кампании или серии массированных ракетно-авиационных ударов. Однако у ВСУ сегодня нет возможностей провести в жизнь подобные мероприятия. Воздушные силы Украины во многом сохранили свою боеспособность, но они по-прежнему малочисленны. Передача ВСУ со стороны некоторых восточноевропейских стран истребителей МиГ-29, безусловно, усилит возможности украинской боевой авиации, но не выведет ее на качественно иной уровень.
Выход руководство ВСУ, надо полагать, видит в массированной атаке в первый день операции, которая должно привести к дезорганизации системы управления войсками и оружием противника, разгрому авиационной и противовоздушной группировок, нанесению поражения сухопутным группировкам, нарушению системы материально-технического обеспечения и разрушению элементов оперативного оборудования на театре военных действий. В первую очередь ударам могут подвергнуться командные пункты, узлы связи и склады с боеприпасами.
Есть все основания полагать, что для осуществления подобных замыслов ВСУ запаслись большим количеством планирующих авиабомб JDAM-ER (Extended Range — увеличенная дальность), бомб малого диаметра наземного запуска (GLSDB) и боеприпасов к боевым машинам М142 HIMARS и М270 MRLS. Не исключено, что для ударов по объектам ВС РФ, дислоцированным в глубоком тылу, Великобритания поставила ВСУ крылатые ракеты воздушного базирования типа Storm Shadow/SCALP. Есть и собственные украинские разработки – оперативно-тактический ракетный комплекс «Гром-2».
Кроме того, к поражению важных объектов на переднем крае подключится дальнобойная украинская артиллерия, получившая много 155-мм управляемых снарядов М982 Excalibur.
Именно всем этим, надо полагать, и будет компенсировано недостаточное количество украинской авиации. То есть на ракетные войска и артиллерию ВСУ будет возложен существенно больший объем огневых задач. Прикрытие украинских войск в ходе наступления от ударов с воздуха будет осуществляться в основном огнем зенитных ракетных подразделений и малокалиберной зенитной артиллерии. По всей видимости, в штабах ВСУ полагают, что удары высокоточным оружием по российским аэродромам существенно снизят активность российской авиации.
Наступательную операцию, как известно, целесообразно начинать тогда, когда противник (в данном случае — ВС РФ) в результате упорной обороны и нанесения по нему контратак понес значительные потери и дезорганизован, его боевые порядки расстроены, ближайшие резервы израсходованы, задержаны или скованы.
Важнейшими условиями осуществления наступательной операции являются скрытность ее подготовки, внезапность нанесения первого удара, надежное огневое поражение противника, а также осуществление мер по защите выдвигающихся и развертывающихся войск от ударов авиации противника.
И не приходится сомневаться, что украинская армия до определенной степени следует и будет следовать подобным правилам. Но опять-таки – это всем известные каноны оперативного искусства — можно сказать, хрестоматия.
В то же время есть основания полагать, что ВСУ с помощью своих наставников (специалистов из ВС США и государств — участников НАТО) подготовили для ВС РФ немало сюрпризов. Что они собой представляют – об этом мы узнаем уже по ходу проведения наступательной операции. Это может быть и массированное применение средств РЭБ, и рои барражирующих боеприпасов, и удары по аэродромам базирования оперативно-тактической авиации российских ВКС, и многое другое.
Что касается остальных аргументов и тезисов, приведенных в материале Financial Times, вроде «сыгранности всего гигантского общевойскового оркестра», «прорыва в тыл врага в одном или нескольких районах и нанесения концентрированного удара по центру тяжести противника», то они представляют собой набор банальностей.
От такого серьезного издания, как FT, в плане анализа готовности украинской армии к проведению наступательной операции можно было бы ожидать большего.
Последние новости
Когда скидки превращаются в ловушку: как маркетологи учат нас тратить
Почему “-50% только сегодня” не всегда значит выгоду, как скидки играют на эмоциях и почему даже рациональные люди становятся жертвами маркетинговых трюков.
Как проверить квалификацию мастеров по ремонту серводвигателей?
Всё, что нужно знать, прежде чем доверить дорогое оборудование.
Почему золото до сих пор считается финансовым супергероем
Для тех, кто считает, что аксессуар должен заявлять о себе — золото говорит громко и уверенно, даже без слов.
Коррекция фиброза и возрастных изменений: когда показан эндотканевой лифтинг
Как современная технология помогает вернуть коже упругость, убрать отёки и улучшить рельеф без хирургии
На этом сайте вы найдете актуальные вакансии в Вольске с предложениями работы от ведущих работодателей города